Дом-легенда: квартира Альберто Пинто в Париже Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Дом-легенда: квартира Альберто Пинто в Париже

👁 12785

Ширма XVIII века из Новой Зеландии делит на две части большую гостиную, пол которой застелен берберским ковром из Марокко. Кресло и диван в стиле сороковых обтянуты нежно-голубым шелком, с ними соседствуют кресло с леопардовой обивкой и кофейный столик работы бельгийского художника Адо Шале. Над длинным столиком-консолью — картина Жана Дюбюффе. На столике стоят старинные португальские серебряные статуэтки и две лампы из горного хрусталя 1950-х годов. Последний штрих — букет эремурусов в углу комнаты.

Декоратор Альберто Пинто (Alberto Pinto) учился в Париже, а свою карьеру начал в Нью-Йорке. Но детство он провел в Африке — и это многое объясняет! Его родина — марокканский город Касабланка, увековеченный в известном фильме с Хэмфри Богартом и Ингрид Бергман. «То, что моя юность прошла в таком красочном экзотическом окружении, помогает мне смотреть на европейскую культуру как бы со стороны», — признавался Пинто.

К историческим стилям Пинто относится с непосредственностью, граничащей с хулиганством

В его интерьерах, наполненных вещами самого благородного европейского происхождения, всегда есть что-то от дворцов из «Сказок тысяча и одной ночи» — яркость, избыточность, буйство цвета и фантазии. Его подход бойкие на язык критики называют «антистилем».

В интерьере библиотеки в полной мере выразилась страсть Пинто к эклектике. В центре комнаты — стол в китайском стиле, также приобретенный на аукционе. Необычный столик с позолоченными ножками, стоящий в глубине помещения, — работа французского скульптора Филиппа Хикили. Спинки итальянских стуль­ев XVIII века дизайнер украсил рисунками в духе Жана Кокто.

Пинто всегда работал по-крупному, с щедростью Гаруна аль-Рашида, заполняя комнату за комнатой сокровищами, привезенными со всего света. «Чем масштабнее пространство, тем больше смелости оно мне придает!» — говорил он.

Гостиная. Два кресла 1920-х годов, стилизованные под старинную китайскую лаковую мебель, куплены на парижском аукционе. Миниатюрный столик, облицованный кусочками зеркала, — произведение французского дизайнера Сержа Роша. Над камином — работа Лючио Фонтана.

Слова у него не расходились с делом: сам декоратор жил в 12-комнатной квартире площадью 500 метров, занимавшей целый этаж особняка XIX века в престижном районе Парижа — на набережной Кэ д’Орсэ, в двух шагах от Министерства иностранных дел.

Стены и пол кухни украшены «шахматным» узором (для пола использовалась цементная плитка, для стен — керамическая). Эту идею Альберто Пинто подсмотрел в особняках фешенебельных предместий Нью-Йорка — Саутхемптона и Истхемптона. Там подобный декор был в моде в 1940- х годах.

Над интерьером жилища трудились шестьдесят человек — краснодеревщики, вышивальщицы, лакировщики и т.д. Пинто не ставил им жестких рамок, оставляя простор для импровизации. «Я всегда прислушиваюсь к своим сотрудникам и даю им возможность трудиться свободно, — говорил он. — Главное — установить с ними доверительные отношения, тогда мне проще донести до них свои идеи».

На кухне нашлось место для небольшого обеденного стола голландской марки Jolina Products. Стену украшают рисунки неизвестного художника из Бразилии.

Правда это или лукавство? Кто знает! Несмотря на всю свободу самовыражения ­сотрудников, «почерк» хозяина виден в интерьере с первого взгляда. Сердце дома — просторная гостиная, где выставлены напоказ всевозможные диковинки — от коллекции хрусталя до африканских статуэток.

Английский диван в стиле ар деко обит тканью от Альберто Пинто. Столик в том же стиле куплен на аукционе в Нью-Йорке. Рядом расположился отделанный мрамором буфет. За зеркальной стенкой — излюбленным декорационным приемом дизайнера — прячется гардеробная.

Ни одна комната не похожа на другую, однако повторяющиеся мотивы, такие как «шахматный» узор на стенах кухни и библиотеки, придают интерьеру цельность.

Бесценный антиквариат соседствует с наивными рисунками непризнанных гениев из Бразилии

К историческим стилям Пинто относился с непосредственностью, граничащей с хулиганством. Ему ничего не стоило изрисовать кожаные спинки стульев XVIII века женскими головками или обтянуть мебель в гостиной тканью «под леопарда» в лучших традициях Донателлы Версаче.

Ванная комната при спальне хозяина. Раковина и ее подстолье сделаны из черного мрамора. Над ней — антикварное венецианское зеркало. Графины в виде попугаев из красного хрусталя и серебра вносят в интерьер сюрреалистическую ноту.

Похожая на арт-объекты мебель от Адо Шаля и супругов Лаланн в его доме соседствовали с псевдокитайскими лаковыми шкафчиками. А бесценный хрусталь и венецианские зеркала отлично сочетались с творениями непризнанных гениев из Бразилии. Почему бы и нет? Непревзойденный успех интерьеров от Пинто — лучшее доказательство его правоты.

Спальня хозяина. На прикроватных столиках — лампы 1940- х годов с абажурами из пергамента. Оригинальное круг­лое зеркало над кроватью — работа французского дизайнера Эрве ван дер Стретена. Над шкафом с зеркальными дверцами висит картина Роберто Матта.

Поделиться:

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий